piterhandra (piterhandra) wrote,
piterhandra
piterhandra

Categories:

Проект "Иные" глава I. Я

С того момента, как я анонсировал данный проект, мне прислали несколько историй. Часть из них грустные, часть смешные или просто забавные. Когда-нибудь я их вам расскажу, только скомпоную их по общим разделам и темам. А ещё я подумал, что правильнее будет начать с рассказа о том, в чем я хорошо разбираюсь, т. е. о себе самом.
Итак, поехали.

История о том, почему я до сих пор не сдох или как жить параллельной жизнью со всем миром, провалившись в подкладку Вселенной.


Впервые я попал в больницу в возрасте десяти лет. Казалось бы, вот оно счастье: валяйся целыми днями в кровати, читай, смотри в общей комнате телевизор, жуй гостинцы и всячески радуйся отсутствию необходимости ходить в школу. Я радовался, честно. Первую неделю. Когда же пошел второй месяц моей больничной жизни, я только и мечтал о том, чтобы сбежать из осточертевшей палаты и просто прогуляться по улицам.

Так прошли мои летние каникулы. Затем мама стала приносить мне помимо вкусняшек ещё и домашние задания из школы, чтобы я не отставал от учебной программы. Беспросветное уныние прервалось с внезапным приездом отца. До этого я видел его в последний раз пять лет назад, когда мы ещё жили в горном городке, превратившегося ныне в горнолыжный курорт. А в тот день отец вновь появился, принеся с собой пакет сникерсов, страшный дефицит и редкость в те времена для нашего городка. Помню как плакал, обнимая его за шею, спрашивал на долго ли он вернулся. Отец улыбался и отвечал весьма туманными фразами типа "Посмотрим" и "Как получится". Он приехал не один, а с другом, моим тезкой. Когда меня выписали из больницы, Никита-старший учил меня водить (они приехали к нам в город на КамАЗе, и именно эта старая рабочая лошадка стала моим первым транспортным средством, которое я вогнал на скорости двадцать километров в час в больничную ограду (слава богу, ни грузовик, ни забор не пострадали). Помню, отец сидел на кресле в нашей тогдашней малосемейке и я трясущимися руками протянул ему свои первые тексты и попросил: "Пап, прочитай, пожалуйста". Он улыбнулся, быстро пробежался глазами по листам с машинописным текстом и вернул их мне со словами: "Ужасно, конечно. Но ты старайся, вдруг что получится". Через пару дней отец уехал.


Много позже я узнал, что на этом грузовике они привезли в город ворованные вещи из Чечни. А Никита-старший так и вовсе оказался наемным убийцей, который приехал в Киров чтобы грохнуть местного авторитета, не поделившего что-то с серьезными людьми из Грозного. Ещё через несколько лет мне рассказали историю, что отец, клявшийся и божившейся моей маме, что вернулся навсегда и всю жизнь он любил только ее одну, посещал под вымышленным именем других женщин. Но тогда я ничего этого не знал. Я просто гладил маму по волосам и говорил: "Мама, я теперь здоров, не надо плакать. Ну чего ты...". Тогда я впервые дал себе зарок не болеть, чтобы она больше не плакала.

Второй раз я оказался в руках врачей уже в шестнадцать. Мама, узнав диагноз, сказала мне: "Никому об этом не говори". "Почему?" - удивился я. "Потом поймешь. А пока не стоит об этом рассказывать". Она брала отгулы и отпуска за свой счет, два-три раза в неделю мы ездили с ней в Киров, в областную клинику, где я проходил бесконечные процедуры. Тогда же я стал понимать, почему мне не стоило говорить окружающим о своей болезни. Я увидел, как относятся к людям с онкологией их друзья, родственники, знакомые и даже просто посторонние люди. Это сейчас в платных клиниках или в онкологических отделениях работают люди с нужной психологической подготовкой. Тогда же вы могли запросто нарваться на девочку-практикантку или на сердобольную медсестру, которая выдавала при виде вас такую тираду: "Ой ти хосподи, что же это делается, ты посмотри! Такой молоденький ещё, жить да жить, детей делать, а он уже того..." Представляете? Первой такой плакальщице в белом халате моя мама чуть голову штангой от капельницы не проломила, я еле успел её остановить. Вот тогда я понял, что если люди узнают, я просто не смогу с ними общаться. Нет, я понимал, что они не злые, что делают это не специально, что для них это стандартная реакция на бытовом уровне при столкновение с подобным явлением. Но и вы меня поймите - вытерпеть один раз я могу, как и второй, и третий... но не каждый день.


Мне ещё не исполнилось и девятнадцати, когда вернувшись домой я обнаружил брата висящего в петле. Прошло тринадцать лет, а я помню тот день до мельчайших подробностей. Как я орал дурным голосом, как обхватил его за пояс и пытался приподнять, надеясь на то, что он ещё жив. Несколько минут отчаянно пытался пальцами одной руки развязать или ослабить узел на шее, чтобы вытащить его из петли, пока не заметил на поясе его джинс ножны с охотничьим ножом и не перерезал им веревку. Дальше я действовал на автомате. Перенес брата в коридор (прекрасно осознавая, что трогать тело в принципе нельзя, что его будут осматривать врачи и милиция, но оставлять его в туалете я считал чем-то гадким и недостойным), пытался позвонить в "скорую" (но обнаружил, что брат перерезал телефонный шнур, поэтому мне пришлось идти к соседям - до сих пор содрогаюсь от воспоминаний о том, каково им пришлось, когда я попросил у них разрешения сделать звонок и произнес в трубку блеклым голосом: "Приезжайте, пожалуйста. Мой брат повесился. Адрес такой-то. Жду"), вернулся в квартиру, сел на пол и тупо уставился на мертвого брата. Приходили и уходили люди, врачи, милиция, соседи, друзья. Но все это время я думал лишь об одном: "Что будет с мамой, когда она это увидит?". Я умолял врачей увезти тело до возвращения мамы, потому что понимал - если она увидит его в таком состоянии, ей этого просто не пережить. Врачи тогда отказались исполнить мою просьбу. В те времена "скорая" не забирала тела умерших, оставляя эти хлопоты на плечи убитых горем родственников.


В общем, не буду вдаваться в дальнейшие подробности. Скажу лишь пару вещей. Первое: я вновь испытал на себе волну жалости, в тот момент совершенно неуместной. Для меня было важно одно - теперь я должен сделать все, должен помочь маме пережить эту утрату. Организовать похороны, помочь с оплатой счетов, устроиться на более высокооплачиваемую работу. Да, я по прежнему понимал, что окружающие нас люди хотят нам лишь добра. Но в тот момент добро шло больше во вред, нежели на пользу. Второе: в один из вечеров мама попросила меня: "Никита, я больше не хочу хоронить своих детей". И для меня это стало мощной установкой - жить ради моей мамы. Не потому что она меня об этом просит, а потому что я действительно этого хочу.

В первые годы болезни я прошел все пять классических шагов принятия негативного события: отрицание, гнев, торги, депрессия, принятие. Собственно, я так часто проходил через это, что зачастую могу задерживаться на одном из этапов по целому году, могу проскакивать их или менять местами. Мозг и сознание - штуки интересные, порою они выкидывают с нами разные фокусы. Я помню тот день, когда я впервые проснулся с мыслью: "Надо же, я все ещё жив!". Помню и те дни, когда я просыпался от странного чувства, долго не мог понять, что же не так, пока наконец не осознавал простой факт: "Да у меня же сегодня ничего не болит!".

Улыбаться сквозь боль и отвечать на вопрос "Как у тебя дела?" "Лучше всех" - этому я тоже научился от мамы. До последнего своего вдоха на крымском полуострове она не опускала руки и не сдавалась. Я помню наш последний разговор, я был тогда в родном городе, получал загранпаспорт. Она позвонила просто узнать как у меня дела, мы поболтали о пустяках и о том, что надо бы уже как-то встретиться, а то вечно оба в разъездах. У меня не было "того самого предчувствия" что я в последний раз слышу её голос. Потому что она никогда и никому не говорила о том, что физически и психологически она достигла самого дна ада. И я прекрасно её понимал. В этом мы с ней похожи.


Всякий раз, когда старушка смерть напоминает о себе, я отправляюсь в путь. И на это у меня есть ряд причин.
Когда заканчиваются рациональные аргументы, в ход идут иррациональные. Чаще всего это происходит на этапе "торгов". Я видел десятки, если не сотни примеров того, как люди, охваченные одним единственным желанием жить, в отчаянье хватались за любую соломинку. Хилеры (откровенные шарлатаны, гореть им в аду), отвары из слез южноафриканских медоносных обезьян, практика особого дыхания высокогорных монахов, проверенные молитвы секты свидетель перхоти Господней и прочее-прочее-прочее. Если кому-то эти способы и помогают, то это всего-лишь случайное стечение обстоятельств, удача и не более того. Но эти случаи дают надежду тысячам людей по всему миру.
Не стану скрывать, в моей голове со временем возникали аналогичные мысли. Например, когда моя болезнь в очередной раз отступала, умирал кто-то из моих близких или друзей. Я понимаю, что это лишь совпадения. Но в голове все равно формировались бредовые теории. Например, что я живу взаймы, и всякий раз за отсрочку я плачу жизнью одного из близких. Или что я давно уже должен был умереть, моё имя вычеркнули из Книги Жизни, удалили с картины мира и поэтому дальнейшая моя судьба абсолютно не ладится. В общем, много всякой херни в голове начинает крутиться.


Поэтому я отбросил в сторону весь этот бред и решил взять на вооружение бред такого рода:
- Прожить оставшийся мне срок так словно я абсолютно нормальный человек. Не здоровый, а именно нормальный. Я не буду забывать о болезни, я буду её лечить по мере необходимости. Но я не стану наматывать сопли на кулак, просить чтобы меня жалели, не стану рассказывать о своем недуге каждому встречному-поперечному. До недавнего времени о моей болезни знали всего пять-шесть друзей. И в принципе, я до сих пор немного жалею о том, что официально рассказал о ней. Но, сделанного не воротишь, двигаемся дальше.
Поэтому я не хочу получать инвалидность. Для меня это сравнимо с признанием поражения. Не с признанием болезни, а именно с признанием проигрыша в этой затянувшейся войне со своим взбесившимся организмом.
- Если есть возможность - двигайся, делай что-то нужное не только тебе но и остальным. Посмотри этот мир. Успей сделать как можно больше. Я ценю каждый миг собственного восприятия этого мира, этой жизни. Потому что другой уже не будет.
- Карма в действии. Я католик, и меня часто спрашивают - а как вера в карму может сочетаться в моем сознании с этой суровой религией. В зависимости от моего отношения к вопрошающему я или просто молчу, или говорю как есть, или посылаю на хер. Ибо это сугубо мои тараканы в моей голове. А если ответить нормально, без эмоций: слово "карма" здесь всего-лишь общепринятый маркер, с помощью которого очень легко объяснить всем и каждому (особенно не религиозным людям), что если ты делаешь добро, оно к тебе вернется. Не в будущей жизни, а в этой. И мое личное мнение - этот принцип работает. Я его никому не навязываю, я просто придерживаюсь его и это делает меня немного счастливее.


Жить с онкологией это страшно. Жить с онкологией можно. Но объяснить здоровому человеку, каково это невозможно. Если вы не испытали это на личном опыте, вы этого не поймете до конца. Ни по книгам, ни по фильмам. Мне часто говорят, что мол: "Я тебя понимаю, у меня на руках умер близкий человек". Ээээ, нет. Вы весьма близки к пониманию, но прочувствовать это на все сто процентов вы в принципе не в силах. Извините, если эти слова вас заденут. Но это состояние души, передать которое словами и образами практически невозможно. И дело тут вовсе не в некой гламурной и пафосной теории мол "Я не такой как все, я прикоснулся к смерти, заглянул в бездну, прогулялся по коридору к свету но вернулся обратно!". Нет, когда вы больны раком, весь этот пафос вас не интересует от слова совсем. В голове у вас только одна мысль - я хочу жить. Точка.

Поэтому мысленно я просто провалился в некий параллельный слой реальности, притаился под подкладкой Вселенной и живу рядом с вами. И стараюсь получить от этого максимальное удовольствие.

Конечно, это далеко не всё, чтобы мне хотелось сказать на эту тему, но для первого раза, я думаю, достаточно. Если у вас, или у ваших знакомых есть желание рассказать о своем опыте параллельного существования в населением этой третьей от солнца планеты, то пишите в личку. Думаю, вместе мы сможем поделиться с людьми своими мыслями и чувствами. И быть может, научимся хоть чуть-чуть лучше понимать друг друга. Чтобы больше не было своих и иных. А были только Мы.



Ваш Н.А.
Tags: Иные, благотворительность, взаимопомощь, инвалиды, онкология, путешествия, рак, социология
Subscribe
promo piterhandra май 26, 2014 12:40 3
Buy for 100 tokens
Заказать книги на сайте Озон.ру; Заказать книги на сайте Лабиринт; Скачать электронную книгу на сайте Литрес; Читать онлайн на СамИздате. Репост приветствуется!
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 27 comments